Леонид андреев фото, Андреев Леонид Николаевич
![Леонид андреев фото](https://daisy-knits.ru/wp-content/themes/mh-magazine-lite/images/fyhide.jpg)
Пространства имён Статья Обсуждение. Самооборона Эзотерика. Андреев не сумел скрыть своего сочувствия к Иуде: на рисунке, который набросал писатель, оба героя — Бог и предатель — изображены под одним терновым венцом. Дуэль Лермонтова с Мартыновым. На самом деле роль Ричарда Дэвиса в этой истории оказалась несколько иной — через своих аргентинских друзей он просто помог Валентину Леонидовичу получить от детей Хуаниты оставшиеся после смерти Саввы архивные материалы, но среди них не оказалось ни одного автохрома!
Кипен, вспоминал об увлечении Андреева так: «В кратчайший срок он постигает все тонкости фотографической науки.
![Леонид андреев фото](https://gl-img.rg.ru/uploads/photogallery/2021/08/06/1_23c15c73_b7b.jpg)
Он производит совершенно неслыханное количество снимков… Устраивает у себя все приспособления для фотографии, приобретает приборы, аппараты, реактивы, штудирует специальные руководства» Сб. Известно около цветных стереоавтохромов Андреева, большая часть которых хранится в Русском архиве г.
Лидса Великобритания. Директор архива Ричард Дэвис издал прекрасный альбом фотографий на четырёх европейских языках. Многие поклонники писателя смогли оценить его талант фотографа. Фонды Орловского объединённого государственного литературного музея И. Не знал что Андреев занимался цветной фотографией. Хотелось бы посмотреть его работы ещё.
Типографское тиражирование осуществлялось способом трёхцветной фототипии, запатентованной еще в году, а с года уже применялась и новейшая технология офсетной печати. Метод съемки и обработки фотоматериала получался довольно сложный, трудоемкий и был под силу только специалистам. В сравнении с описанным методом автохром обладал рядом преимуществ, главным из которых была возможность съемки за одну экспозицию, причем с использованием обычного фотоаппарата, а процесс обработки пластин автохрома практически не отличался от работы с черно-белыми фотографиями.
Выпускались автохромы тех же размеров, что и черно-белые пластинки. Конечно, автохромы были значительно дороже черно-белых фотографий, но они были доступны. К недостаткам автохромов нужно отнести сложность тиражирования, то есть пластинки получались уникальными, и для повторения кадра требовалась новая пластина автохрома.
Еще один недостаток появлялся из-за пониженной светопропускной способности крахмальных зерен, которые снижали светочувствительность фотопластинок почти в 60 раз, а это, в свою очередь, требовало более длительной выдержки при съемке, доходящей иногда до нескольких секунд.
Это исключало возможность производить съемку движущихся объектов, но прекрасно подходило для получения портретных или пейзажных изображений. Иногда хаотичное расположение крахмальных зерен приводило к образованию пятен или незначительному искажению цвета, но простота использования автохромов перекрывала все эти недостатки. Просматривались автохромы через специальные диапроекторы или диаскопы, хотя самым простым и доступным способом оставался просмотр на просвет.
На сегодняшний день известно около автохромов Леонида Андреева разных форматов, но в основном это стандартные стереоскопические. Встречаются случаи, когда отдельные половинки стереоскопических снимков находятся в разных архивах. Большая часть автохромов, свыше единиц, находится в Великобритании, в Русском архиве Лидсского университета. В году директор архива, Ричард Дэвис, выпустил на пяти языках в 6 изданиях англ.
Photographs by a Russian writer» «Леонид Андреев. Фотографии, выполненные русским писателем» с фотографиями и автохромами Леонида Андреева, представив писателя в новом качестве, в качестве фотографа, а пять лет спустя, в году, под его редакцией в соавторстве с финским исследователем Беном Хеллманом увидела свет книга «Андреев Л. Письма Статьи и интервью Воспоминания современников ». Две книги, появление которых переоценить невозможно.
Дневники последних пяти лет жизни писателя, уникальные фотографии и первая возможность увидеть 80 его автохромов. Несколько слов о том, как попали эти автохромы в Лидсский университет.
Во многих источниках утверждается, что после смерти жены Леонида Андреева, Анны Ильиничны, большая часть автохромов хранилась у Саввы Леонидовича и была выкуплена у его вдовы Хуаниты Ричардом Дэвисом.
На самом деле роль Ричарда Дэвиса в этой истории оказалась несколько иной — через своих аргентинских друзей он просто помог Валентину Леонидовичу получить от детей Хуаниты оставшиеся после смерти Саввы архивные материалы, но среди них не оказалось ни одного автохрома!
Основная часть автохромов писателя хранилась в семьях его детей — Вадима и Валентина, и только после их смерти, уже их дети, приняли решение передать большую часть автохромов и архивов в Русский отдел Лидсского университета.
И эта история достоверна потому, что поведал мне ее сам Ричард Дэвис. Фонды Орловского объединенного государственного литературного музея И. Все эти чудом сохранившиеся автохромы представляют бесценный материал. Время было безжалостно к ним.
Стекло, являющееся основой автохромов, само по себе очень хрупкий материал, но еще большую проблему представляла цветная подложка, которая теряла цвет, рвалась и отслаивалась. И здесь не обошлось без помощи Ричарда Дэвиса. В России никто за восстановление орловских автохромов Леонида Андреева не брался, а он безвозмездно произвел их реставрацию в Англии. Такой заботой можно только восхищаться. В настоящее время мы можем видеть автохромы Леонида Андреева почти в первозданном виде. Леонид Андреев фотографировал все, но условно его автохромы можно поделить на несколько тем: дети, жена Анна Ильинична, автопортреты, многочисленные портреты родственников и друзей, дом и его убранство, пейзажи и путешествия.
Комментировать можно каждую фотографию, сделанную Леонидом Андреевым, но разместить в небольшой статье большое количество изображений невозможно, поэтому в качестве иллюстративного материала отобрана совсем небольшая их часть. Однажды в храме он пытается молитвой оживить мертвеца.
Чуда не происходит. Это переворачивает его душу. В финале отец Василий отрекается от веры, в ярости уходит из храма — и одиноко погибает в пустынном месте. Ему кажется, что в огне полыхает весь мир. Повесть многих обидела. Но, быть может, впервые в литературе того времени, занимательный сюжет переплетался с модным бунтарством и всяческой «сложностью».
![Леонид андреев фото](https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/c/cf/Andreyev_by_Repin.jpg/200px-Andreyev_by_Repin.jpg)
Повесть открыла основательного Андреева, способного на широкое полотно. Хотя, как и в его рассказах, в повести властвовало безумие. Андреев не видел сражений. Но «изнанку жизни» и природу смерти знал недурно. А события Русско-японской войны не просто поразили его, но и превратили — на время — в пацифиста.
Офицер, артиллерист, пишет о войне — и постепенно сходит с ума, так бесчеловечно всё, что происходит вокруг него. Он умер. А потом оказалось, что и рукописей, которые офицер писал, не существует. Только пустые листы со странными каракулями. Безумие и ужас.
Цвет и вкус крови — вот тона и мотивы этого рассказа. Он слагал «фантазию о будущей войне» - и в этом смысле во многом предугадал Первую мировую. По сути, это тот же инстинкт насилия, о котором Андреев писал в «Бездне».
![Леонид андреев фото](https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/2/29/Leonid_Andreyev_sitting_on_a_chair_II.jpg)
Но этот образ — красный смех — стал метафорой времени. Более жестокого и более зловещего, чем человечество могло представить. И не было в России читающего человека, который хотя бы не знал о существовании этого рассказа, вышедшего, конечно, под знаменами горьковского «Знания».
Перелагать евангельский сюжет — что может быть банальнее? Но в начале ХХ века этим занимались немногие.
Здесь прямая нить от Андреева к Булгакову , но дело не в этом. Андреев не был религиозен, почти не знал Евангелия. Горький — человек, далекий от христианских идеалов, но начитанный — помогал ему вжиться в эпоху. Что же в результате?
![Леонид андреев фото](https://storage04.litfund.ru/images/lots/309/309-086-7434-16-M3066103.jpg)
Максимилиан Волошин назвал андреевского «Иуду» «Евангелием наизнанку» - и не без основания. Нет, Андреев не оправдывал Иуду, но показывал его сложной, трагической личностью. Получалось, что своим предательством Искариот выполнял негласную волю Христа. Несколько вычурный стиль повести способен радражать, но нужно отдать должное писателю: он выдержал этот тон от начала до конца. Андреев не сумел скрыть своего сочувствия к Иуде: на рисунке, который набросал писатель, оба героя — Бог и предатель — изображены под одним терновым венцом.
Как ни странно, цензурных претензий к Андрееву практически не было: тогда больше боялись революционных мотивов, чем извращения Священного Писания. Повесть издавали и переиздавали многократно — и не только в России. Андрееву удалось несколько цинично «сорвать банк». Ничего более сенсационного Андреев, пожалуй, не написал. После года трудненько было не поминать революционеров.
![Леонид андреев фото](https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/0/08/Andreeev_LN_autochrome2.jpg/220px-Andreeev_LN_autochrome2.jpg)
Он сделал это в таком духе, что раздразнил и левых, и правых. А публика восхищалась. Революционер и блудница соединились, и оказалось, что представительница древнейшей профессии чище и мужественнее молодого рыцаря. Василий Розанов — правый — рассуждал: "«Тьма» подражательная вещь: темы ее, тоны ее — взяты у Достоевского и отчасти у Короленки. Встреча террориста и проститутки в доме терпимости и философски-моральные разговоры, которые они ведут там, и все «сотрясение» террориста при этом,— повторяет только вечную, незабываемую, но прекрасную только в одиночестве своем, без повторений — историю встречи Раскольникова и Сони Мармеладовой в «Преступлении и наказании».
Но какая разница в концепции, в очерке, в глубине! Это история начала ХХ века, во времена Достоевского, при всей схожести, такой коллизии, такой интонации быть не могло. Бей и по революционеру! Споры, обвинения, нервный румянец на щеках ханжей — это и есть успех. Андреев не жаловал декадентов. Но создал, как минимум, одно театральное действо, которое можно считать шедевром «литературы символов и распада».
Показать на сцене жизнь человека — не какого-нибудь студента Ивана Павловского, а обобщенного человека. Выспренный, странный язык, всё символично и высокопарно.