Штрафбат воспоминания штрафников о боях, Штрафбат. Наказание, искупление
![Штрафбат воспоминания штрафников о боях](https://daisy-knits.ru/wp-content/themes/mh-magazine-lite/images/fyhide.jpg)
Особенно возмутительно обошелся со свидетельствами фронтовиков Кирилл Набутов 1-й ТВ-канал, серия его фильмов «Пока не поздно». Во время начавшегося боя с немецкими частями, к штрафному подразделению присоединяется местный священник отец Михаил. Родион Светличный Родион Светличный штрафник 3—6, 8—9 серии. Побыв рядовым в штрафбате, этот офицер, видно, полностью осознал, что натворил, внутренне осудил своё неверное отношение к подчинённым, а может, и покаялся — если не перед Богом, то перед своей совестью.
Из современной публицистики явствует, что якобы войну выиграли штрафные батальоны и штрафные роты.
![Преступление и наказание на войне, или Правда о штрафбатах / daisy-knits.ru](https://voenhronika.ru/images/img72b2869116cf40296fd85d3e0a080856.jpg)
Каков их реальный вклад в Победу? Через штрафные формирования прошло всего тысяч человек.
Вдумаемся: батальон — воинская единица в человек. Значит, штрафников было несколько сотен миллионов или около миллиарда! В Советском Союзе никогда столько жителей не было! По официальной статистике, в Красной армии за всю войну прослужило 34 миллиона человек.
![Правда о штрафных батальонах против мифов](https://cv0.litres.ru/pub/c/cover_330/22605100.jpg)
Через штрафные формирования — роты и батальоны — прошло, как известно по архивным данным, всего тысяч человек. Так что можно сказать, что их общий вклад в Победу соразмерен этой величине. Другое дело, что штрафников часто посылали в самые опасные места, их задействовали в самой активной фазе наступательных операций, как например, наш 8-й штрафной батальон в окружении немцев под Брестом.
Штрафникам, конечно же, больше доставалось. В масштабах дивизии или полка, куда, например, придавался штрафбат для выполнения определённой боевой задачи, вклад его, разумеется, больше, чем обычного стрелкового. За счет этого, наверное, можно этот вклад и увеличить, но по какому коэффициенту? Как это оценить? Наша Победа была общей, и я не стал бы ее делить — как не делил бы вклад пехоты, танкистов, артиллеристов, лётчиков В среднем штрафной батальон терял в шесть раз больше, чем обычный стрелковый батальон.
Но это, конечно, в среднем. К сожалению, в современной публицистике и кинематографии укоренилось представление, весьма смешное и печальное в силу своей извращенности, о том, что якобы штрафники не шли в бой без заградотрядов, без войск НКВД. Позвольте спросить, сколько заградительных отрядов сопровождало ваш батальон в тыл к немцам? Во время службы в 8 штрафбате я никогда не видел заградотрядов позади нас.
Не слышал, чтобы это было и в других штрафных батальонах, не было их и за штрафными ротами. В документах военного времени их присутствие позади штрафников и, тем более, их стрельба по своим же войскам также не отражены.
Это — миф. Штрафники шли в бой не за страх, а за совесть. Так, во время рейда в тыл немецких войск под Рогачевым с нами не пошел даже единственный наш особист. Мы прекрасно воевали и без них: действовали так активно, что к концу третьего дня были израсходованы почти все боеприпасы. За время этого пятидневного рейда разгромили несколько штабов, уничтожили автоколонну, немецкую зенитную батарею и много чего другого.
Да и не только современная публицистика, кинематография или некоторые «писатели» продолжают «ставить» заградотряды за штрафниками.
Развелись такого же пошиба войны не нюхавшие «поэты», которые неотступно видят вместо героики Великой Отечественной сплошные заградотряды. Например, некий Ю. Другой стихоплёт Д.
Дарин убеждает, что заградотрядовцы дышали прямо в спину, почти в упор: «А до заградотряда одна спина всего». Есть ещё более одиозный Ю. Нестеренко, который называет себя русскоязычным американцем, «более не считающим себя русским». Я привёл некоторые стихи «поэтов-заградотрядчиков», потому что они, к сожалению, иногда трогают души людей больше, чем правдивая, документально обоснованная проза. Мы уже знали, что немцы из оккупированных областей угоняют народ в рабство в Германию.
Наш комбат Аркадий Александрович Осипов, которого все мы — и штрафники и их командиры — звали «батей», был родом из Рогачевского района и немедленно принял решение отбить у немцев своих земляков.
Конвой был небольшим — 15 человек, с ним покончили быстро. Вскоре мы освободили ещё более наших граждан, которых немцы под дулами автоматов пригнали рыть окопы. Почти все разошлось по своим деревням. Несколько женщин из числа тех, кого немцы пытались угнать в Германию, чтобы не демаскировать нас, одетых в белые маскировочные халаты, надели для маскировки свои рубахи поверх зипунов и шубеек, следовали за нами, боясь возвращаться по своим сёлам.
Но их как ветром сдуло, когда начался бой с обнаруженной автоколонной немцев. И «трупами немцев завалили», и «кровью Европу залили» Вот, к примеру, в одном фильме показали, что штрафники шли в бой с Ничего глупее придумать не сумели. На самом деле, нам всегда выдавали современное вооружение, временами даже лучше, чем обычным стрелковым батальонам. Так, в рейде в немецкий тыл под Рогачевом нам был придан огнеметный взвод, который буквально испепелил немецкую зенитную батарею, поджигал технику в немецких колоннах.
В свое время были открыты многие документы, связанные со штрафными батальонами, заградотрядами, СМЕРШем. Теперь, с открытием очень нужного и доступного многим интернет-ресурса «ОБД Мемориал» , они вновь закрываются, снова их прячут, «секретят». Хотя, казалось бы, прошло более 70 лет, что скрывать?
Вот и появляется полуправда, на которой творят своё грязное дело разного рода фальсификаторы. Встречались ли подвиги, подобные поступку Александра Матросова, заслонившего своим телом амбразуру дота? А о том, как воевали бойцы нашего 8 штрафного батальона, достаточно убедительно говорит следующий факт.
За рогачевский рейд из человек были освобождены от наказания штрафбатом, причем без ранений. Чтобы добиться этого в обыкновенных условиях, надо было совершить нечто выдающееся. Многие штрафбатовцы даже после ранения не выходили из боя, не шли в медсанбат, хотя имели на это полное право, но оставались в строю из чувства боевого братства. Я нашел в интернете сообщение о потрясающем случае. Штрафбатовец Белоножко, отбывавший наказание в штрафбате Волховского фронта, во время боя был ранен, у него почти полностью оторвало ступню.
Так вот, он отрезал ее ножом, перетянул ногу бинтом и продолжал стрелять по противнику. Наш штрафной батальон вместе с гвардейским стрелковым полком сдерживал натиск около 4 немецких дивизий, прорывавшихся из окружённого Бреста в июле года, и мы общими усилиями не дали им прорваться, несмотря на их перевес в силах. Приведу несколько примеров из боёв за Брест. Штрафник Прохоров, будучи снайпером, за 26 июля уничтожил 15 гитлеровцев, ни на один шаг не отойдя от занимаемого рубежа.
На следующий день был ранен, но поля боя не покинул, а уничтожил ещё 17 немцев. За эти подвиги он был награждён орденом Отечественной войны 2 степени. Вот выписка из наградного листа на штрафника Воробьёва:. Будучи тяжело раненым, продолжал отстреливаться от наседающего противника В боях за Брест я и сам был тяжело ранен.
Из госпиталя возвращался вместе со штрафником нашего штрафбата, тоже закончившим лечение после тяжёлого ранения. Он мне рассказал, что он и его друг вначале были легко ранены, добрались до медпункта, им оказали нужную помощь, перевязали раны и предложили самостоятельно добраться до эвакопункта, с которого их отвезут в медсанбат. Но его друг заявил, что хочет вернуться в свой взвод и помогать боевым друзьям, которых из-за того, что оба они ранены, осталось меньше.
Потом предложил идти с ним, заявив: «У тебя совесть-то, наверное, ещё не убита, а тоже только ранена! Знаю, что при убытии из штрафбата в свою часть он был награждён медалью «За отвагу».
Вообще тогда досрочно, без ранений, только за боевые отличия были отчислены из штрафбата и восстановлены во всех офицерских правах человек! Штрафников использовали на самых сложных заданиях, отправляя, в том числе, на разведку боем.
Им вменялось прорывать оборону противника, отвлекая силы на себя, занимать и удерживать стратегические высоты и плацдармы, вести бои, прикрывая отход войсковых частей на другие позиции. Штрафники стали особой категорией военных, которым нечего было терять. Переводя проштрафившегося военнослужащего в штрафные части, приговор суда откладывали, давая человеку возможность искупить вину. При этом зачастую штрафбаты и штрафроты бросали на погибель, контролируя исполнение заданий заградительными войсками, имевшими право расстреливать на месте за дезертирство и неподчинение командам.
Шансов выжить у смертников было мало, зато если это удавалось, они полностью восстанавливали свои права. Самым зловещим подразделением штрафников для фашистов стала «банда Рокоссовского» — 8-й отдельный штрафной батальон, в состав которого входили только офицеры, побывавшие в плену.
Отличительной чертой его были упорство, стойкость и героизм воинов. Все, кому довелось остаться в живых, получили полное восстановление своих прав и многочисленные награды. Первое упоминание о «банде» относится к периоду Курской битвы. Мужество бывших офицеров, разжалованных в рядовые, проявилось в сражении на северном фасе, в районе ст. Шквальный огонь немецкой артиллерии не смог ни на шаг сдвинуть вгрызшихся в землю штрафников. Тогда потери составили бойца убитыми, — ранеными.
Ветеран войны Семен Басов, попавший в штрафбат накануне Курской битвы, в книге «Офицерский штрафной батальон», вспоминал, что репутация «банды Рокоссовского» была такова, что немцы в ужасе покидали позиции на занятых высотах. Рокоссовский по достоинству оценил подвиг своих воинов, восстанавливая всех в правах, возвращая на прежние должности и награждая отличившихся в бою.
Воспоминания Михаила Аллера, опубликованные газетой «Московский комсомолец», также описывают ужас фашистов, когда перед ними оказывались штрафники-смертники. Атаки советских воинов пугали своим безумием, когда немецкому стрелковому оружию противопоставлялись кулаки, саперные лопаты и любые подручные средства.
Штрафники лавиной прокатывались по позициям, не оставляя после себя живых. Отличилась «банда Рокоссовского» во время сражения за Синявинские высоты в боях под Ленинградом в г. Один из бойцов, Владимир Ермак, завершил разведывательную операцию, закрыв собой амбразуру фашистского дзота. Посмертно ему было присвоено звание «Герой Советского Союза».
Командир отряда торпедных катеров капитан-лейтенант Боровский хочет прославиться и заслужить звание Героя Советского Союза. Он первым обнаруживает вражеский конвой, но решает провести атаку лично, без участия других кораблей.
Не желая делить победные лавры с командиром второго отряда Максимовым, тщеславный Боровский совершает воинское преступление: сообщает Максимову неверные координаты немецких кораблей. Атака заканчивается гибелью всей команды лучшего торпедного катера Боровский из блестящего командира в одночасье превращается в бойца штрафной роты - гуманная альтернатива расстрелу.
Капитан II ранга Харитонов, умудренный опытом командир дивизиона, назидательно комментирует приговор военного трибунала: "Встряхнуть его так надо, чтобы муть из глаз вылетела. Что натворил - отработает. Жив человек - так он сам выправится и с других тяжесть снимет". Бойцу штрафной роты Боровскому поручено выполнение смертельно опасного задания.
Шансов уцелеть почти нет. Но он блестяще справляется с задачей, остается жив и вместе с боевыми товарищами торжествует победу.
Фильм был снят по одноименной пьесе классика советской литературы Бориса Лавренёва, за которую драматург в году был удостоен Сталинской премии 1-й степени.