Секрет фокуса с горящей сигаретой
![Секрет фокуса с горящей сигаретой](https://daisy-knits.ru/wp-content/themes/mh-magazine-lite/images/fyhide.jpg)
Достаточно, чтобы мы его понимали. Поднимая гидон в форме ласточкиного хвоста вверх на дюйм или около того Как вам, господин журналист, сэр? Несколько ужасных секунд и всё погасло. Черт возьми, нет-нет, я пока оставлю его, я всегда могу изменить это позже.
Вспомнился пропавший Егор, хороший, наверное, был человек. Вдруг нарушив все мои возможные ожидания и страхи по трассе прокатил чувак на электробайке. Оцепенение длилось несколько секунд. Стой друг! Когда у меня получилось выбраться на дорогу, то был виден лишь красный удаляющийся свет заднего фонаря, уезжавшего всё дальше байка. Снова один в темноте, и только звёзды над головой раскинули свой небесный шатёр.
Какие же неведомые бездны скрываются там, за этой границей очерченной земной атмосферой и магнитным полем нашей планеты.
Я не религиозный человек. Мне чуждо желание во что-то такое верить и кому-то там поклоняться. Другое дело инопланетяне. Вот это наиболее интересно и правдоподобно на мой взгляд. Как-то тепло стало на душе. Чёрт, даже слишком тепло и хорошо. Неожиданным источником тепла оказался мой смартфон. Он дико разогрелся, и на его экране происходила какая-то непонятная белиберда. Пока я тупо его разглядывал, держа двумя пальцами, и как можно дальше от себя. Внутри устройства что-то трещало, появился лёгкий дымок и только благодаря рефлексам мои пальцы остались на месте.
Отброшенный смартфон ещё не успев упасть на землю, вспыхнул оранжевым пламенем и разлетелся кучей осколков словно граната. Чудом мне ни чего не прилетело обратно от этого продукта корейских инженеров. О таком, конечно, говорили, но слышать рассказы и лично поучаствовать вещи разные. Что будет дальше? На меня упадёт метеорит или загрызут внезапно выпрыгнувшие из кустов зомби?
Мои сигареты кончились, как и нервы. Как дальше быть? Надо как-то себя успокоить, а то сердце сейчас выпрыгнет из груди. Интересно, у тридцатилетних бывают инфаркты? Ну, вот подышал, и вроде стало отпускать, даже желание просто сдохнуть на месте ушло. Почему-то светлее в лесу не становится.
Сколько же сейчас времени? Я бы с радостью посмотрел, но увы не успел. Жизнь очень странная штука. Живёшь, себе живёшь, ни о чём таком даже и не думаешь. А однажды, бац! И ты в интересной ситуации, а как вылезти из этой жопы совершенно непонятно. Хорошо хоть дождя нет, это безмерно радует. Надо идти, куда угодно главное идти. Только далеко уйти мне не дали, километр, а может два. Сначала справа, потом слева от дороги стали появляться уже знакомые мне Огоньки. Загораясь один за другим, они сомкнули вокруг меня огромное светящееся кольцо.
Я, похоже, находился как раз в центре этого странного светящегося глаза. Замер с интересом ожидая что будет дальше, и движение началось.
Огоньки, приближаясь, начали сжимать своё кольцо. Медленно, но верно, расстояние между нами уменьшалось. Удивительно, но страха не было. Осталось только любопытство, чем всё это уже закончится. Я так устал бояться, просто устал.
Давайте уже быстрее, что там у вас дальше. Но никто пока сильно не торопился. Кольцо уменьшилось вдвое, но до ближайшего Огонька было всё равно ещё далековато. Через несколько минут окружающее меня свечение начало мерцать. В голову пришла мысль, что это похоже на огни взлётной полосы аэропорта. Действительно есть что-то общее в этом. Только когда свет стал бить мне прямо в глаза, движение замерло. Источник свечения по-прежнему разглядеть не получалось. Свет рожденный из пустоты. Я стоял в центре этого всего, словно актёр на сцене в свете софитов и чувство внутри было очень необычное.
Через какое-то время мерцание прекратилось, а свет стал менее ярким. Огоньки начали двигаться по кругу, вращаясь вокруг меня.
Дьявольский бесконечный хоровод. Им не мешали деревья, им ничего не мешало. Видимо препятствий для этого явления не существовало. Скорость вращения всё увеличивалась. Свет стал пульсировать, отдаваясь болью в где-то внутри. Голова начала кружится, мне не помогали даже зажмуренные и закрытые руками глаза. Всё равно было видно это горящее, пульсирующее кольцо.
Я больше не могу! Крыша едет! Ноги сами начали подгибаться, и я упал на колени. Вдруг появился непонятный мне гул, вибрировал даже воздух. Дорога под ногами начала дрожать. Скорее инстинктивно, чем по воле разума я поднял голову к небу. На меня падала ледяная светящаяся точка.
Яркая, чудовищная вспышка пронзила всё, и настала тьма… Мне снился сон. Это было очень необычное сновидение. Я был пчелой. Пчелой сделанной из конструктора вроде Лего, ну или чего-то подобного.
Нас было много, очень много, тысячи или десятки тысяч беспрестанно снующих и копошащихся пчёл. Мы постоянно что-то таскали и перебирали. А ещё перебирали нас. Практически каждый день этой пчелиной жизни нас разбирали и собирали заново, улучшая и совершенствуя нашу конструкцию. Кто это делал и как, в памяти вообще не откладывалось. Похоже, мы все распадались, а потом по воле гениального конструктора собирались заново. Мы становились лучше, ещё более продуманными и работоспособными.
Сколько именно длилась моя пчелиная жизнь, я не запомнил. Но в один из рабочих дней нам было приказано срочно покинуть улей. Все пчёлы распределяясь на группы, стали по очереди выбираться через выходы отличавшиеся только цветом огромных символов похожих на иероглифы. Они ярко светились над выходами из улья. Что именно они означали, мне было неизвестно. Куда надо идти мне, к какому выходу, знания я не получил, либо не осознал.
Меня толкали, таскали из угла в угол. Но я никак не мог определиться, через какую же дверь выйти. Почему-то мне казалось, что это очень важно и надо выбрать именно свою. Только когда большая часть моих коллег уже покинула улей, я увидел свой выход.
Он был в совершенно противоположной стороне от основной группы дверей. Через него почему-то никто не выходил.
Но меня к нему неумолимо тянуло. Часть моих не очень умных пчелиных мозгов, почему то дико протестовала. Слова всплывали в сознании. Но другая моя часть, видимо управление тушкой было именно у неё, пёрла к этой двери полным ходом. И я вышел. Снова яркая вспышка в сознании и бесконечно-долгое падение в никуда. Просыпался я, очень тяжело. Это было самое тяжёлое в моей жизни пробуждение. Первое, что ощутило моё тело это мягкую кровать, и то, что у меня две руки и две ноги.
Поверьте, это волшебно. С трудом разлепив глаза, я увидел небо. Звёздное небо, но не настоящее, а искусно нарисованное на потолке комнаты. Нарисовано было очень хорошо, и созерцание этой красоты меня отвлекало от собственного паршивого состояния.
Вдоволь наглядевшись на потолок, я решил встать. Как же хреново, но мне это удалось. Вообще где я? Обычная комната, в ней две убогих кровати и два небольших шкафа. Куча тряпок разбросанных здесь и там. Древний телик в углу, и всё. Кое-как переставляя ноги, моё тело дотопало до двери, там висело заляпанное зеркало. Заглянув в него, я тупо уставился на бородатого страшного деда. Он так же тупо смотрел на меня, как и я на него.
Это что же, я? Почему-то осознание этого факта не заставило меня дико заорать и грохнуться в обморок, а скорее развеселило. Я стоял и просто разглядывал своё отражение. Куда делась моя молодость и красота? Кто украл мои годы? Память начала постепенно загружаться в мозг. Всё началось с него. Потом пчёлы. Может, я снова сплю? Ладно, надо выйти посмотреть где же я… Открыв дверь, я увидел коридор.
Длинный и прямой коридор, с красной ковровой дорожкой на полу, и много-много дверей таких же, как моя. Пансионат что ли? Или гостиница совковых времён? Ладно, сейчас разберёмся. Я проковылял прямо по коридору до конца. Там нашлась лестница, ведущая на другие этажи. Спустившись на один пролёт, застыл перед окном.
На улице зима и снега по колено, не меньше. Редкие деревья здесь да там, дорога ведущая к этому зданию, и ничего больше. Что же посмотрим, посмотрим. Спускаясь по лестнице, я выяснил, что этажей здесь пять. Вот так поворот. На первом этаже меня ждал ещё один сюрприз. Там было пусто. Просторный холл и колонны, ничего и никого. На стене висят огромные часы, оказывается сейчас По всей видимости, если я здесь и не один, то остальные просто спят.
Протопав через всю пустоту первого этажа, я вышел на улицу. Снег, поле и деревья, но дорога прочищена. Значит сюда ездят машины. Надо с кем-то уже поговорить.
Что за сонное царство здесь? Проходя мимо ряда зеркал висевших на первом этаже, я остановился. Ничего общего, какой-то страшный пухлый старикан. Ни каких общих черт. Я теперь даже выше чем был. Другой цвет глаз, волосы седые, ну это ладно. Как ни странно и зубы все на месте. Сколько же лет этой оболочке? Вот блин угораздило! Внутри было странное спокойствие. С мозгами явно не всё в порядке. Ладно, хоть не негр или любитель риса. Люди-и-и есть кто здесь? В ответ только эхо и тишина.
![Секрет фокуса с горящей сигаретой](https://i.ytimg.com/vi/FXxaOw1TQis/maxresdefault.jpg)
Пойду, похожу по этажам, может кто и найдётся. На втором этаже все комнаты подобные той, где я очнулся. Санузел один на этаже. Двери всех комнат открыты.
Жильцов здесь нет, пусто. Хотя часть комнат завалена одеждой. Идём дальше. На третьем этаже нашлись запертые двери, и мои попытки их открыть не увенчались успехом. В остальном всё так же, пусто, тихо и безнадёжно. На моём четвёртом этаже я первым делом решил посетить свою комнату и не ошибся.
На кровати стоявшей по соседству с моей лежал такой же старый пердун, как и я. Лежал и курил сигарету. Тебя когда прислали? Я отлить вышла, прихожу, смотрю — шмотки есть, а человека нет. Гулять ходил? В себя приходил. Кто Оля? Не всем вот так везёт сохранить свой пол после заселения. Очнулась мужиком вот. Хер знает, кем стал. Но явно это не я в старости. Что вообще с нами произошло? На нашем этаже пятеро, остальные на пятом живут.
А что происходит никто и не знает толком. У всех разные истории. Петра с пятого этажа вообще акула съела. Большинство из нас точно погибло.
А ты как? Я думал, меня похитили инопланетяне. Точно не скажу. За окном всё время зима. Только день с ночью меняются и всё. И мы не стареем. Мы и так старые, ха-ха!
Нет тут старших. Все здесь на равных. Если за нами и следят, то по-тихому, а может кто из наших только виду не подаёт. И уйти отсюда не получается, два километра по той дороге, что ты видел за окном и всё.
Дальше ни шагу сделать не получается. Да и вещей зимних нет у нас, а там сам знаешь морозец. Он говорит, что живёт здесь двадцать три года. Шесть лет один здесь жил, бедолага.
Жрём одни консервы, они тут не кончаются. Полный подвал этой хреноты, а вода из крана течёт, пить можно. Даже сигареты есть, бухать вот нечего. С этим у нас жопа. Через час народ очнётся, познакомишься с остальными. Я послушно лёг и закрыл глаза. Тут было над чем подумать. Это что блин тюрьма или какой-то зловещий эксперимент? Хотелось просто завыть от невообразимой тоски. Спички только верни потом. Мишка, ты куда?
Приходи потом на пятый этаж, там столовая у нас, поедим-поговорим. Пятый этаж говоришь… Пойду-ка я туда и схожу. Может там и выход на крышу есть. Подышать бы… Мне стало остро не хватать кислорода. Хотелось вдохнуть полной грудью, расправив лёгкие, но не получалось. Сердце билось в груди, словно загнанный кролик, иногда перед глазами плыли разноцветные круги.
Я хотел выйти на свежий воздух, но по пути мне попалась открытая дверь в одну из комнат. Там сидели три пожилых женщины с печатью огромного горя на лице. Компанию им составлял дряхлый дед преклонного возраста. У него на коленях была гармонь. На ней он играл что-то настолько печальное, что не выразимо глубоко цепляло все возможные струны человеческой души. Я просто не смог пройти мимо.
Сначала я застыл на пороге, но когда меня заметили и поманили рукой, пришлось волей-неволей зайти внутрь. Дед разыгрался не на шутку, плачущий мотив мелодии сменился воинственным. Теперь явно звучала угроза и сила в звучащем произведении.
![Секрет фокуса с горящей сигаретой](https://i.ytimg.com/vi/b-dK_TUoAwg/hqdefault.jpg)
Хотелось броситься в бой, музыка воспламеняла кровь и пожилые лица сидящих людей словно становились моложе наполняясь внутренней силой. Постепенно гроза аккордов утихла, и её сменил новый мотив. Он нёс успокоение. Застывая где-то в вышине каждая новая нота складывалась в чудесные перезвучия успокаивающие душу и дающие надежду на то, что многие называют умиротворением. Наконец дед перестал играть, и воцарилась тишина.
Теперь я стоял и не понимал, что же меня так накрыло, словно музыки раньше никогда не слышал. Бабки тоже начали оживать, хотя на них этот концерт такого сильно впечатления похоже не произвёл. Одна из них ткнув пальцем в моём направлении, заявила — Смотри чуваки, новенький. Ты по ходу задел струны его души, Петрович. Я прокашлялся и выдавил из себя. Привет всем.
Было очень красиво Петрович. Вы просто маэстро. Деду похвала очень понравилась, он раскраснелся и благодушно мне кивнул. Ты кто таков? Когда явился? Бабки встали на ноги и одна за другой стали протягивать мне руки для рукопожатия. Ну, заодно и представились. Удивить меня было уже сложно, но я всё-таки удивился. Время мать его лечит Миш. Жалко только член на место не поставит. Только первые годы было хреново, а теперь у нас Петрович есть — воодушевлённо произнёс Борис.
Ты есть, наверное хочешь? Есть килька, тушёнка и каша с мясом. Желудок давно сердито урчал. Пока я жевал, они по очереди немного рассказали о себе. Не каждый день появляется новый человек. Ведь лишний раз рассказать о себе это всегда удовольствие, хоть и рассказ этот весьма печальный. Иван — в прошлом учёный ядерщик, работал в одном из закрытых военных городков.
Во время проведения одного из экспериментов по совмещению новых радиоактивных элементов в лаборатории вдруг начали появляться уже знакомые мне Огоньки.
Один из них приблизившись, ярко мигнул Ивану в лицо, и он очнулся уже здесь в этом прекрасном заведении. Здесь в течении долгих лет он пытался смириться со своей новой жизнью, только получалось из рук вон плохо. К счастью помогли новые друзья-подруги. Борис оказывается в прошлом депутат. После очередного удачного съезда партии он в компании некоторых коллег отправился снять напряжение с души и тела в свой загородный дом.
В компании юных спортсменок и просто отличных девушек они весело проводили время целый день. Было много приятных жидкостей поднимающих настроение, а ближе к ночи друг Армен привёз им волшебный белый порошок. После этого веселье перешло на совершенно другой уровень. Им всем было очень хорошо. Настолько хорошо, что он очнулся голый ночью в лесу окружённый деревьями и по колено в снегу.
На улице было около двадцати градусов мороза, и судя по всему к этому моменту Борис успел отморозить большую часть своих конечностей. Осознав произошедшее он пришёл в такой ужас, что упав в снег не сразу заметил приближающийся к нему свет. Потом всё как у Ивана, только у Бориса жизнь раньше была явно интереснее. Потеряв особенно красивое прошлое, он очень тяжело встречал своё новое настоящее.
К этому моменту я уже доел две банки весьма неплохого плова. Петрович налил мне в стакан воды. Тем временем свой рассказ начал Коля. Из всех троих он был самым молодым в прошлой жизни. Николай только пришёл из армии и вернулся в свою родную деревню, получив дембель. Его торжественно встречала вся большая родня.
Родители плакали и умилялись от счастья. Их любимый мальчишка-спортсмен отслужил в Армии в Десантных Войсках, и вернулся цел и невредим. Потом как заведено, было застолье и куча гостей. Сколько было разговоров, сколько радости и планов. Коля собирался поступать в университет.
Через месяц надо ехать в Волгоград подавать документы, там он уже отучился три года в училище перед армией. Гуляли допоздна, пили все кроме Николая. Он никогда не любил алкоголь. Его всегда больше привлекали дисциплина и спорт. Ближе к полуночи, когда народ начал расходиться старший брат Коли, Виктор предложил ему поехать в соседнюю деревню в клуб. Там сегодня должна быть дискотека. Сказано-сделано, оседлали отцовский Урал с коляской, и как в былые времена рванули в клуб.
Витька за рулём, а Колян в коляске. Ехать-то всего ничего восемь километров. Даже шлемы не одели, дороги сейчас пустые и боятся некого. Ночной воздух был как никогда приятен. Он задувал в уши и шумел в волосах. Братья неслись по ночной дороге под рёв мотора, счастливые и ни о чём не думающие.
Возможно, помешало выпитое спиртное или слабый свет от фары мотоцикла, но последнее что увидел Николай — был огромный серый Лось, внезапно вышедший на дорогу прямо перед мотоциклом. Потом, как и у всех здесь была компания стариков, бесконечные запасы консервов и переходящая в депрессию бесконечная тоска.
Петрович изливать мне душу категорически отказался. Его почтенная публика, конечно же была в курсе его истории. Но своим прошлым здесь каждый распоряжался сам. Это было единственное настоящее, оставшееся у каждого человека… Мы ещё посидели и поговорили, понемногу, но обо всём.
Петрович играл, мы слушали, но уже без накала былых эмоций — «Костёр сгорел — остался пепел». Попрощавшись со своими новыми знакомыми, я всё-таки решил добраться до пятого этажа и попытаться выбраться наружу. Выход конечно нашёлся. Лестница ведущая на чердак так же имела придаток, который вёл на технический этаж, соседствующий с крышей. На чердаке ничего интересного я не заметил. Вот и окно на крышу. Распахнулось оно легко, и в лицо мне ударил ветер, наполненный морозным воздухом и пляшущими колючими снежинками.
Холодно, но свежо, как раз то, что мне надо. Вдохнул полной дряблой грудью, стало чуть-чуть легче.
Осторожно, теперь главное не упасть. Вышел на крышу и посмотрел по сторонам. Что это там такое мелькает вдалеке? Как будто знакомый мне до боли Огонёк. Надо подойти поближе, а то с этой точки плохо видно. Но видимо я не рассчитал возможностей своего тела или снег обманул меня, закружив меня рукавами метели.
Сначала поехала одна нога, потом и другая увлекая за собой всё остальное. Я падал вниз на бетонированный участок возле крыльца, там как раз не было снега. Полёт казавшийся длинной в бесконечность. Хруст, треск, боль, яркая вспышка и снова меня накрыла темнота. Меня укачивало, как младенца в колыбели. Как же мне хорошо. Знакомый запах, до чего же до боли знакомый аромат. Это был запах кожаных сидений моей машины. Ещё не открывая глаз, я на ощупь понял, что лежу на заднем сиденье своей родной, любимой машины.
Открыл глаза, вокруг темно и ничего не видно. Наконец решившись, сел и всё понял. Мой внедорожник тащит обещанный мне эвакуатор. За окном ночь. Спохватившись, ощупал себя. Его волосы свисают, гладкие и длинные. В ответ его встречает гранитоподобное лицо. Он снимает шляпу, перчатки и куртку и закатывает рукава рубашки. Эээ… Я журналист. Это то, чем я занимаюсь. Это моя работа.
Я… пишу, эм… пишу? Вы знаете что это? Увы, после этого необъяснимого прорыва ДЖЕЙ. Хм… Я проделал долгий путь, чтобы добраться сюда. С другой стороны страны. Из Нью-Йорка. Вы понимаете, о чём я?
Нью… Пытается имитировать «Нью», и у него получается очень-очень плохо Да, это действительно сложно. Гм… Изображает Нью? Изображает Йорк? Смена тактики Послушайте, вы ведь знаете Восточное побережье, верно? Он пробует свои силы в картографии, пытаясь нарисовать карту в грязи… Ну, Филадельфия — это должно быть где-то здесь.
И Нью-Хейвен , это примерно… ну, скажем, здесь. А Нью-Йорк? Что ж, это где-то между ними. Плюс-минус несколько сотен миль. Примерно… здесь. Царапает большой крестик на земле Крестик отмечает это место! Вернувшись снова, на этот раз с кастрюлями и сковородками… Обычно он не такой сдержанный, как сейчас. Ставит кухонную утварь Индеец не следит за временем, как вы или я, мистер Кей. Потому что он, в «Белом» смысле, никогда никуда не движется.
В индейском языке жестов слово «день» такое же, как и «сон», — вот и все. Далеко не бегло, но знаете? Он обходится. Достаточно, чтобы мы его понимали. Подмигивает Не так ли, приятель? Да, шляпа. Он указывает на предмет, сидящий на его голове Это шляпа. Да… правда? Вполголоса Ух, ты! Ну, я просто… я просто имел в виду, что это было… большой удачей, вот и всё.
Итак, ммм, что вы, мистер… Серебряныйкаблук? Извини, могу я, могу я называть вас Серебряныйкаблук? Нет, понимаете — я просто подумал, раз уж вы… ну, знаете? Вы сиу? Или, или вы… Или раз уж вы кто-то ещё. Говоря с точки зрения обозначения. По племени.
Я имею в виду, вы связаны с этими парнями, за которыми мы следим? Или, или, или — как это работает? Ворона, а не сиу. Я ворона, Человек-который-делает-бумажный-разговор. Ответ на ваш вопрос. Мой отец, он был Вороной, и его отец до него и так далее. Я знаю пути этих людей Лакота, которых ваш Великий Белый Отец хочет преследовать через холмы, но я им не родственник.
У нас разная кровь. Я уже много снегов прожил с Белыми людьми, и я говорю на вашем языке. Мы, Вороны, мы друзья белых. Мы никогда не убивали бледнолицых, и по этой причине нам разрешили сохранить часть нашей земли.
Эту муку тащили пару сотен миль или больше. Я просто проверю, нет ли там дохлых мышей, а потом приступлю к готовке. Мы по очереди готовим еду в этих местах. Вы голодны?
Это так… красиво. Точно так, как это описал поэт. Выстрел золотисто-бордового цвета. Перефразируя Уолта Уитмена Оживленный цветами, до сих пор неизвестными. Чистый и сияющий. Сражаясь с безмолвными тенями до последнего. Не могу сказать, что в последнее время я наблюдал слишком много закатов. Во всяком случае, не «наблюдал». Вроде как принимал их как должное — что, я полагаю, чертовски глупо. Ну и дела! Знаете, не так давно земля за пределами Миссури считалась белым человеком негостеприимной и непригодной для проживания.
В значительной степени проигранное дело. Говорю вам, это был плохой день для индейцев — утро, когда мы решили изменить свое мнение на этот счет. Эм, ну, видишь ли, вот… вот в чем дело. Потому что теперь, когда я действительно здесь, я не совсем… уверен. Ну, я хочу сказать, что я не могу вспомнить. Почти не могу. Что-то значительно… менее. Я думаю. Я имею в виду, все это так неорганизованно. Такое же дикое, как в тот день, когда оно было сотворено.
Это почти и действительно, я не решаюсь использовать это слово, но это почти, ну, в некотором роде библейское. Изгиб планеты, отчетливо видимый там на горизонте. Отпечатки пальцев Создателя все еще влажные на ощупь. Я имею в виду, что в этом есть врожденное магическое качество, это точно.
Таинственное и чарующее. Опьяняющее своей абсолютной, ну, скажем так, монотонностью. Ничего, мистер Кей, просто пытаюсь сэкономить вам немного драгоценного времени, вот и все. Видите ли, по моему опыту, люди приходят и уходят, но когда-нибудь — рано или поздно — каждый находит время упомянуть о сходстве с океаном. Поверьте мне на слово, так это и работает.
Как если бы у человеческого мозга не было другого способа адекватно понять это. Чувство благоговения и удивления теряется где-то между зрительным нервом и голосовыми связками, и поэтому, в конце концов, чтобы продолжить рассуждать, мы все просто говорим, что это немного похоже на море. Тем не менее — продолжайте, мистер Кей.
Наслаждайтесь пейзажем, пока можете. Как я понимаю, вы, вряд ли сможете узнать это место лет через пятьдесят или около того. Расколотое, разрезанное на две части сталью железной дороги Юнион Пасифик и разделенное на части.
Я это гарантирую. Я просто… ээ… я правда не хочу мешать тебе заниматься тем, чем ты занимаешься, — но мне просто интересно, что за… э-э… ну, какие условия для сна могут быть. Могу ли я спросить об этом? По выражению лица ДЖЕЙ. Сначала улыбается, но затем быстро меняет настроение Нет, ну серьезно. Я имею в виду… конечно. А что, если, например, пойдет дождь? Я имею в виду, я могу, я не знаю, подхватить пневмонию или что-то в этом роде.
Я имею в виду, я могу умереть. Это естественное явление, как смена четырех сезонов. Садясь на одеяло Пойдем, двоюродный брат, раздели со мной одеяло. Давай посидим немного и посмотрим, как всемогущий Ви завершает свое ежедневное путешествие по Большому Небу. Возможно, ты расскажешь мне больше о своем Нью-Йорке. Робко присаживаясь Ви? Это похоже на индейское название солнца, верно?
Ты быстро учишься. Дядя Сэм берет аккорд на акустической гитаре и ведет нас через песню «Старый черный Джо». Он стоит на ступенях, ведущих к обтянутому парусиной фургону с провизией, глядя на просторную весеннюю землю, простирающуюся перед ними — проблеск тревоги, возможно, заметен в его глазах.
Пасмурная ночь под яркой выпуклой луной. Тут и там валяются грязные тарелки и жестяные чашки. Пара масляных ламп помогает освещать вещи своим керосиновым свечением.
Рядом лежит его черная сумка. Боже, я говорю вам, ребята, на Востоке существует почти лихорадочное любопытство к этим вещам, понимаете? Поверьте, им всегда этого мало. Серьезно, они просто не могут насытиться. Используя седло как импровизированную подушку, он делает глоток виски из фляги. Он лежит на спине, курит сигарету и гладит свою губную гармошку, глядя на неподвижные созвездия в ночном небе.
Правда в том, что широкая американская общественность жаждет новостей с переднего края, и… что ж, я здесь, чтобы убедиться, что простые американцы получают именно то, что они хотят. Сразу с передовой. Прямо изо рта лошади, так сказать. Пытается добавить немного непринужденного юмора, но преуспевает только в том, чтобы вырыть себе неглубокую могилу Хотя… эм, это не буквально — очевидно. Это было бы… гм, ну, это было бы… невыполнимо, понимаете?
Даже невозможно! Я имею в виду, они не хм… Делая ситуацию еще хуже Ну, они не… они не разговаривают, не так ли? Они не… Ну, правда, же. Я имею в виду, не так, как мы, я имею в виду. Он берет твердое печенье размером четыре на четыре дюйма, ломает его пополам, садится, скрестив ноги, и озирается. Он макает печенье в жестяную чашку. Откладывая блокнот и снимая очки, чтобы потереть носовые пазухи Послушайте, вы должны меня простить, я всё ещё какой-то … То есть, я всё еще немного чувствую себя….
Нет, нет. Просто… эмм — просто ошеломление. Как раз то, что сказал Томми. Прежде всего. Снова надевая очки. Я просто немного ошеломлен, вот и все. Я, эмм, понимаете? Это просто новый опыт для меня, вот и все, вот что это значит для меня, гм…. Быстро и, возможно, слишком агрессивно Акклиматизируюсь! Вот что я собирался сказать. Но, хэй-хо, на самом деле это почти одно и то же, не так ли? Довольно… взаимозаменяемы, учитывая все обстоятельства.
![Секрет фокуса с горящей сигаретой](https://i.ytimg.com/vi/eBBhieL8u5E/hqdefault.jpg)
Так или иначе, первая депеша готова для Нью-Йорка. Итак, дайте мне знать, что вы думаете. Я, эм, я вам прочитаю. Никто не проявляет ни малейшего интереса, но наш бесстрашный слабак опускает голову и борется, несмотря ни на что. Откашливается Ладно. Читает Красный человек, запятая, твой конец близок — точка. Как вам это? В качестве вступления? Нет, на самом деле это нужно стереть, у меня есть идея получше. Достает карандаш и делает поправку… Хм, хорошо, хорошо. Читает Краснокожий — одно слово — запятая, твоя гибель быстро приближается.
Так лучше, не правда ли? В этом больше… резонанса. Вы согласны? Краснокожий, твоя гибель быстро приближается. Так, что там дальше…. Не переживайте, это не займет много времени. Продолжает чтение Эм, мы не видим, как вы можете убежать, точка. Как вы думаете, здесь нужно «можете»? Черт возьми, нет-нет, я пока оставлю его, я всегда могу изменить это позже. Убежать, точка, новое предложение. Лучше поднимите руки… Смакуя термин Старина, запятая, если бы ты видел конец этого столетия — восклицательный знак!
Конец копии. Проверьте правописание. Проверьте пунктуацию. Наберите это двенадцатым шрифтом и напечатайте на древесной массе. Что вы думаете?
Пожалуйста, будьте честны. Я могу принять критику. Любые комментарии? Он сказал, что из Страны Восходящего Солнца хлынут чужаки, вооруженные книгой знаний, неизвестным языком и странными новыми лекарствами. Они скажут нам, сказал хорёк, что жить так, как мы живем, неправильно.
И у него были слезы на глазах, когда он сказал эти слова. Через плечо. Может тебе пойти и рассказать об этом тому, кто действительно верит во всю эту белиберду!
Ты думаешь, что можешь мечтать вернуться к тому, как все было раньше, так? Вы всегда стремитесь к чему-то большему. Больше престижа, больше власти, больше признания. Вот в чем разница, я думаю. Индеец не желает большего.
Он просто хочет быть. Да, но от индейцев воняет, и от этого факта никуда не деться! Встаёт Для народа Лакота эти священные холмы являются центром вселенной. Местом богов. Святые горы, куда отправляются воины, чтобы поговорить с Великим Духом и ожидать видений. Лакота — гордый народ, и они не верят, что на свете существуют люди лучше, чем они. А вы просите этих людей выйти из своей кожи.
Вы просите их оставить свой скелет. Садится Пора проснуться и почувствовать запах зеленых кофейных зерен, Покахонтас! Земля не исходит от Великого Духа. Она не такая бесконечная, как небо, и, нравится тебе это или нет, она принадлежит человеку, у которого больше всего долларов в кошельке!
Почему бы вам не взять своих шахтеров, владельцев салунов и старателей и не вернуться за море, откуда вы пришли? Мы не хотим и нам не нужны ни ваши телеграфные провода, ни ваши обозы, ни ваши универсальные магазины.
Собирайте свой уродливый скот и своих болезненно выглядящих женщин и отправляйтесь домой! Снисходительно прижимая руку к уху… Прости, что это было? По-английски, пожалуйста, Вигвам Джо. Я не говорю на языке дымовых сигналов. Эй, успокойтесь. Успокойтесь — вы оба. Просто… остынь, да? Затем толстоголовый агрессивный ирландец возвращается на свое место, поправляет седло и вытирает усы от слюны. Бог знает. Он где-то там — бродит по утесам. Что-то замышляет.
У него бессонница, знаете ли. Никогда не спит в такое время. Очищая зубы… Вам не следует беспокоиться о генералиссимусе, молодой человек. Он большой мальчик. Достаточно хорошо может о себе позаботиться. Нет, я уверен, что он может. Я уверен, что он… более чем способен. Никогда не позволяй им поймать себя живым, ковбой. Всегда сохраняйте последнюю пулю для себя. Очень неторопливо постукивая пальцем по виску… Очень важно. Вообще-то, если хотите знать секрет, меня пугает огнестрельное оружие.
Нет, всегда пугало. Говорю вам, когда я впервые услышал выстрел, я подумал, что небо рухнуло мне на голову. Или… или что-то. В абсолютно бесплодной попытке сохранить лицо Я имею в виду, что в то время я был очень маленьким. Четырнадцать… пятнадцать… Временная подстройка Шесть, может быть, семь. На самом деле, знаете, чем больше я об этом думаю, тем больше я понимаю, что это было где-то в шести- или семилетнем возрасте. Возможно даже моложе, на самом деле.
Почти ребёнок, правда. Высотой по колено… эм… Показывая большим и указательным пальцами приблизительный размер кузнечика О, а как ещё раз называются эти маленькие зеленые прыгающие штуки? Что в этом плохого? Ну, что скажешь? Быстрый глоток. На два пальца или типа того, вот и все.
Уверен, что я не могу соблазнить тебя? Он выливает остатки в огонь и вместо этого наливает ему немного дьявольской воды. Вот это штука, а! Вдыхает пары, наливая… Вода жизни карамельного цвета! Старый красный глаз. Передает жестяную кружку всеобщему любимцу Джонни-пришел-недавно Это почти миф, понимаете? В этом есть определенная… загадочность.
Туман над изумрудными долинами. Фиолетовый вереск.
Эти девственные холодные ледниковые воды. Большая часть самогона, который вы получаете здесь, на границе, — это чистая кишечная гниль.
Разрушает почки. И вдобавок чертовски дорого! Но эта штука… ээээх! Ну, это совсем другое дело. Из моего личного запаса, так точно. На этом все еще есть кожа, если вы меня понимаете. Хороший, старомодный ирландский виски. Ссыт на этот самогон со вкусом древесного угля из Теннесси.
Так вот, если бы ты был индейцем, я бы ожидал, что я трахнусь с твоей дочерью в обмен на глоток этой дряни. По меньшей мере! Они бы трахнули собственную бабушку, чтобы попробовать эту огненную воду.
Поверь мне. Он поднимает свой бокал Пусть с вами всегда будут благословения. Отчаявшийся солдат придумает всевозможные яды, чтобы попытаться утолить свою жажду. Я знавал некоторых людей, которые были поражены глухотой, немотой и слепотой из—за доморощенного напитка какого-нибудь солдата. Я помню, как однажды выпил литр чего-то, дистиллированного из ямайского имбиря, и после этого мне пришлось два дня быть связанным.
Я метался, как какой-то гребаный псих, вот что со мной было! Закрывает глаза и улыбается довольной улыбкой на красном лице Да, это были хорошие деньки. Рыжезадый сержант всего на секунду погружается в воспоминания, а затем возвращается и с новой силой начинает рассказывать. Скажите, как вы думаете, кто-нибудь будет скучать по мне, если я присвою одного из наших четвероногих коллег и отправлюсь рысью на поиски ближайшего дома с дурной репутацией?
Говорю тебе, Пилигрим — прямо сейчас — я уверен, что сегодня вечером мне захочется кусочка-другого! Чего бы я сейчас не отдал за полчаса свободных удовольствий с какой-нибудь страстной дамой. Вся зашнурованная до сосков в юбке с обручем из китового уса. О боже, теперь я могу ее представить. Пускает слюни от такой перспективы… Волосы, похожие на бархат, слегка веснушчатые щеки, темные дамасские ресницы.
О боже! Очень вкусная, как персик! Прямо как сочный, сочный персик… Эй, да ладно, мне ли говорить! Ты достаточно хорошо знаешь таких, Солнышко. Какая-нибудь грязная маленькая Эми, или Энни, или Сьюзи, или что-то в этом роде. Настоящая пышногрудая девушка с большими, похожими на деревья бедрами и кусочком сладко пахнущего мясного пирога. Теперь почти с пеной у рта О, я бы уложил ее, да, так бы и сделал. Поначалу мило и нежно… А потом я бы ей присунул, понимаешь?
Заставил ситец треснуть. Стёр пружины кровати в пыль. Да, я бы заставил маленькую шлюшку визжать, как фею банши, через минуту-другую.
Без страха! Успокаивающий звук от какого-то бывалого профессора, позвякивающего слоновой костью на заднем плане… Не поймите меня неправильно, я бы обращался с ней хорошо. О, да. Может быть, даже подарил ей что-то в знак моей признательности. Может быть, веточку жимолости. Кольцо, если ей повезет. Может быть, даже ожерелье, а? Похотливо подмигивая Ты достаточно хорошо понимаешь, что я имею в виду, Пилигрим?
Изготовленное с любовью только из лучшего ирландского жемчуга. Спор о корове, из—за которого началась вся эта чушь, знаешь ли? Звучит безумно, я знаю, но это правда.
Произошло это недалеко отсюда, как-то так. Рядом с фортом Ларами. Оооох… примерно… Считая в голове Двадцать? Двадцать два года назад. Так что да, более двух десятилетий назад, верно?
Итак, история такая. И вы должны иметь в виду, что меня самого там не было, когда это произошло, да? Эй, ну же, дайте мне шанс. Эй, вы хотите это услышать? Тогда ладно. Но помните, меня там не было, так что это все… ну, это все слухи. Итак, по большому счёту все начинается с этого одинокого индейского парня. Я дойду до этого, хорошо? Эй, Тигр, эй! Я подхожу к этому.
Вы идёте со мной? Итак, у нас есть индеец, так? Воин Сиу. По имени Высокий Лоб. Потому что у него есть лоб и он… ну, как-то высоковат, я полагаю. Так, так. В общем, в тот жаркий летний день года Высокий лоб украл хромую корову из мормонского фургона. Ну и всё. Вот так! Так все и началось. Затем, ваши мормоны были не в восторге от пропажи в их подразделении крупного рогатого скота и потребовали какого-то… возмездия от мальчиков в голубом из близлежащего форта.
Как и следовало ожидать. Затем, в то самое время, на сцену выходит вождь Лакота по имени Побеждающий Медведь, и он предлагает заменить украденное животное двумя своими, понятно? Две свежие здоровые коровы в обмен на прихрамывающую в самоволке. Однако, именно здесь начинается настоящее веселье, офицеры в Ларами отказываются уступить по этому вопросу и настаивают на сдаче Высокого Лба.
Я не знаю, консультируются ли на данном этапе с мормонами или нет, но никакой сделки нет. Абсолютно никакого отступления. Итак, следующее, что мы знаем, появляется этот выскочка, лейтенант по имени эм… Вспоминает имя Подождите, подождите. Э-э… Джон… Граттан. Да, именно. Обращаясь к ДЖЕЙ. Акцентируя на этом Граттан. Двойная… тэ, а, эн. Неуверенно Так? Нет, все верно. Двойная тэ. Ехилевской версия 2. Все впечатления. Рейтинг: 0 0 за, 0 против.
Книга 1 Боевая фантастика Поскольку я несколько «подзациклился» на одном поджанре — решил «заценить» новую серию из раздела Eve-вселенная. Как убить рок-звезду [Тиффани де Бартоло] fb2 читать онлайн - Как убить рок-звезду пер. Дмитриев , Часть первая Спасите Спасителя Часть вторая Сплошное разочарование Часть третья Иногда приходится умереть, чтобы продолжать жить, или Почему под дождем остаются как раз те, кто больше всего нуждается в укрытии?
Кода Любовь и искусство: две вещи, которые могут воскресить Благодарности. Тиффани Де Бартоло Как убить рок-звезду Мы делатели музыки, мечтатели мечты.
Бродяги одиноких волноломов. Мы, сидя у затерянных потоков, Лишь с деятельной музыкой на ты. Пусть нами неудачный мир земной Отринут вместе с бледною луной. Но мы его пытаемся трясти И потрясать, чтоб — двигая — спасти. А также Скотту с любовью и благодарностью Ребенком, взлетая над вами.